исламские источники

    1. home

    2. article

    3. ЛЕКЦИЯ 6 БЕЗОТВЕТСТВЕННАЯ ПОЗИЦИЯ СПОДВИЖНИКОВ ПРОРОКА

    ЛЕКЦИЯ 6 БЕЗОТВЕТСТВЕННАЯ ПОЗИЦИЯ СПОДВИЖНИКОВ ПРОРОКА

    ЛЕКЦИЯ 6 БЕЗОТВЕТСТВЕННАЯ ПОЗИЦИЯ СПОДВИЖНИКОВ ПРОРОКА
    Rate this post

    В свете изложенного возникает вопрос: Посланник

    — да благословит его Аллах и род его! — объявил Али

    — мир ему! преемником духовного завещания и заместителем, подтвердил его главенство после себя в Гадир Хумме или в других местах до и после него, а что же произошло после кончины Посланника Аллаха, что его сподвижники и приверженцы отвернулись от этого божественного повеления, отказались от повиновения Али, достойнейшему из людей имамата, избрали другого на место покровителя мусульманской общины, передали бразды дел своих в его руки и стали повиноваться его повелениям?!

    Была ли допущена неопределенность в словах Посланника Аллаха или все эти его различного рода высказывания не были достаточны для доказательства достоинства и религиозного положения Али, для обозначения его имамом и руководителем?

    Для ответа на этот вопрос нам необходимо обратиться к истории ислама, следить за событиями последнего периода жизни Пророка — да благословит его Аллах и род его!

    Среди сподвижников Пророка были люди, которые пытались оказать на него давление и отклонить его от его приказов, если они не соответствовали их намерениям и пожеланиям, чтобы всячески препятствовать ему в осуществлении им своих планов. Когда они теряли надежду на достижение своих целей, то позволяли себе возражать ему. Коран предупреждает таких людей и требует от них отказаться от своих попыток нарушить приказ Посланника ислама: Пусть берегуться те, которые нарушают его приказ, чтобы их не настигло испытание или не постигло их наказание мучительное! / 24: 63/

    48


    Когда Посланник Аллаха — да благословит его Аллах и род его и да приветствует! — хотел снарядить в последние дни своей благословенной жизни войско для похода против византийцев и назначил военночальником Усаму бин Зайд бин Хариса аш-Шайбани, то назначение этого молодого человека[1] начальником над ними при наличии тех, кого люди знали по старшинству по возрасту и по первенству в исламе, они восприняли тяжело, и дело дошло до того, что между ними произошла словесная ссора вокруг этого и наиболее ярые противники этого назначения потребовали от Посланника Аллаха его смещения, но он не обратил внимания на их требование. Однако, хотя он и настаивал на немедленном выступлении ополчения и повелел Абу Бакру и Умару присоединиться к воинам, они нарушили этот явный приказ Посланника, отказались пойти на поле боя, отстали от войска и вернулись в Медину под предлогом того, что их сердца не вынесут разлуки с Посланником в таком его состоянии[2].

    Неуважительные слова некоторых сподвижников и нежелание их подчиниться Усаме причиняли Посланнику боль, но он нашел силы выйти в субботу, в десятый день месяца раби ал-аввал, за два дня до кончины в мечеть и публично осудить противников назначения Усамы. Он поднялся на кафедру, восхвалил и восславиль Аллаха и сказал: Эй, люди! Что за речи некоторых из вас доходят до меня относительно назначения мною начальником Усамы. Если вы порицаете мое назначение Усамы начальником, то тем самым вы порицаете мое назначение начальником его отца до него. Да ей-богу, если кто-нибудь был достоен начальства, то его сын после него также достоен этого[3].

    В последние дни своей жизни Посланник Аллаха — да благословит его Аллах и род его и да приветствует! — пытался очистить Медину от наиболее влиятельных анса-ров и мухаджиров. Поэтому он объявил о сборе ополчения во главе с Усамой и приказал им направиться в сторону Сирии. Он настаивал на том, чтобы его авторитет-

    49


    ные сподвижники присоединились к отряду под командованием Усамы и покинули таким образом столицу ислама, но он хотел оставить Али рядом с собой в этой трудной ситуации. Это решение Пророка вызывает удивление и может быть истолковано многозначительно. Но они не сделали то, что от них хотел Пророк, не подчинились его приказу и остали от отряда Усамы.

    Поистине, Посланник Аллаха за всю свою жизнь никогда не ставил никого начальником над Али. Наоборот, во всех местах Али был то знаменосцем, то военночаль-ником, в то время как Пророк назначал военначальником над Абу Бакром и Умаром Усаму, а во время похода в Зат ас-Саласил над ними обоими назначил военначальником Амра бин ал-Аса. Али же со времени выступления Посланника Аллаха со своей миссией никогда не находился в подчинении кого-нибудь, кроме Посланника Аллаха. Этот момент имеет особый смысл.

    История ислама никогда не забудет, что Посланник Аллаха — да благословит его Аллах и род его и да приветствует! — во время своей болезни, когда он почувствовал, что его благородная. жизнь подходит к концу, сказал: Принесите мне доску и чернильницу — или баранью лопатку и чернильницу — я напишу вам письмо, чтобы вы не сбились с пути после него[4]. Подобно тому, как в прежних своих благочестивых речах и высказываниях он определял задачу общины относительно имамата, этим письмом он хотел оставить мусульманам после себя письменный документ и ясное указание относительно дела, которое Коран описывает как основополагающее для совершенства религии, чтобы преградить этим путь всякому уклонению от его приказов по этому поводу в будущем. Однако те, кто в нарушении его приказа отказался идти на поле боя, контролировали это дело, чтобы при первом же удобном случае осуществить свои планы. Поэтому они не позволили мусульманам принести ему чернильницу и баранью лопатку[5].

    Ат-Табари рассказывает со ссылкой на Са’ида бин Джубайра со слов Ибн Аббаса: Посланник Аллаха сказал: Принесите мне доску и чернильницу — или баранью

    50


    лопатку и чернильницу — я напишу вам письмо, чтобы вы не сбились с пути после него. Ибн Аббас говорит: И сказали они: Поистине, Посланник Аллаха бредит[6].

    В диспуте, состоявшимся между Ибн Аббасом и вторым халифом вокруг вопроса о халифате, халиф сказал;

    Поистине, Посланник Аллаха хотел называть Али, но я не позволил ему назвать его[7], имея в виду, что когда Посланник требовал чернильницу и баранью лопатку, он сказал: Поистине, человек бредит.

    Это его высказывание зафиксировано многими суннитскими мухаддисами и историками. Однако некоторые из них постарались как то исправить хадис халифа или смягчить его остроту и написали его слова следующим образом; Он уже страдает от боли. У нас есть Книга Аллаха, нам достаточно Книги Аллаха![8]. Как, словно Посланник Аллаха — да благословит его Аллах и род его! — не знал о значимости Книги Аллаха для мусульман, а его сподвижники знали об этом больше. Если Посланник Аллаха для подтверждения сана имама общины после себя хотел составить письменный документ, то позволительно ли нам обвинять его в расстройстве его мысли?! Если мы позволяем себе связать это решение Посланника Аллаха с помрачением сознания под воздействием усилившейся болезни и болевых приступов, то почему же мы не обвиняем в умственном расстройстве первого халифа Абу Бакра, перед своей кончиной письменно назначившего Умара правителем, ведь он тоже находился на смертном одре? Почему же Умар в этом случае не высказал повторно в адрес Абу Бакра то, что он сказал в адрес Посланника Аллаха? Ведь он находился при Абу Бакре и знал, что первый халиф хочет составить завещание относительно его назначения на главенство и подписать документ о назначении Умара халифом после себя.

    Если Умар считал, что Книга Аллаха достаточно для решения проблем, то почему же в таком случае он и Абу Бакр поспешно явились к навесу бану Са’ида, чтобы решить там вопрос о преем-

    51


    нике Посланника согласно их собственным суждениям там? Почему же они не только не придерживались в этом вопросе Книги Аллаха, но и не вспомнили о ней, в то время как Коран уже определил религиозные обязанности по этому вопросу?[9]. Напротив, ат-Табари рассказывает со ссылкой на Кайса: Он сказал: Я увидел Умара бин ал-Хаттаба сидящим, и с ним были люди. Он держал в руке пальмовый черенок и говорил: Эй, люди! Слушайте и повинуйтесь словам заместителя Посланника Аллаха! Он сказал: С ним был вольноотпущенник Абу Бакра, которого называют Шадидом, а у него был свиток, в котором было назначение Умара халифом[10].

    Попытки этих людей нарушать не соответствующие своим суждениям приказы Посланника Аллаха — да благословит его Аллах и род его! — продолжались и после него, что привело к изменению ряда божественных предписании в период правления второго халифа, при том, как свидетельствуют многие суннитские источники, изменения осуществлялись с его ведома и по его приказу[11]. Он сам говорил, что удерживает от трех вещей, которые имели место в эпоху Пророка, и наказывает за это: временный брак, брак на период хаджжа и молитвенный призыв спешите на лучшее деяние[12]. Это он приказал произносить на утренней молитве призыв молитва — лучше сна[13].

    В Сахихе ат-Тирмизи говорится: один человек из жителей Сирии спросил у Абдаллаха бин Умара о временном браке. Абдаллах сказал: Законное действие. Сирец сказал: Разве твой отец Умар не удерживал от этого? Абдаллах сказал: Если Умар удерживал от него, то Посланник

    52


    Аллаха считал его дозволенным, Откажешься ли ты от сунны из-за высказывания Умара?[14].

    В эпоху Пророка — да благословит его Аллах и род его! — и халифа Абу Бакра, а также в течение трех лет правления самого Умара мусульмане придерживались такого правила развода: если муж произносил слова развода трижды на одном собрании без возвращения /то есть без раскаяния и изъявления желания возвратиться к жене/, то это считалось одним разводом. Однако Умар сказал, что он считает такой развод трехкратным разводом /при котором муж не имеет права возвратиться к жене и брак может возобновиться только после еще одного замужества жены, если она получит развод или овдовеет[15].

    Однако, шииты считают это только одним разводом. Шейх Махмуд Шалтут, бывший ректор университета ал-Аз-хар в Каире в свое время говорил о предпочитательности шиитского права в этом и во многих других вопросах[16].

    Никто, даже Посланник Аллаха не имеет права изменить первозданные божественные предписания. Коран провозглашает; А если он изрек на Нас какие-нибудь речения, Мы взяли бы его за правую руку, а потом рассекли бы у него сердечную артерию, и не нашлось бы среди вас ни одного, кто бы удержал от него /69: 44-47/. Но мы видим, что некоторые сподвижники Посланника Аллаха присваивали себе право самостоятельного толкования ряда коранических предписаний и изменяли таким образом эти предписания согласно собственным воззрениям.

    Все это показывает, — что некоторые сподвижники Посланника Аллаха противопоставляли собственные мнения мнениям Пророка, не придерживались его повелений и запретов, а если его повеления не соответствовали их личным усмотрениям, то они пытались избавиться от них или изменить их смысл.

    Таким образом, пренебрежение точными обозначениями и определенными указаниями Посланника Аллаха — да благословит его Аллах и род его! — имевшими место в Гадир Хумме или в других местах не должно показаться чем-то удивительным или не имеющим аналогию.

    53


    С другой стороны, следует иметь в виду, что в каждом обществе наряду с теми, кто молчаливо и беззаботно воспринимает всякие новые инициативы социально-политического характера, имеются и люди, кому не безразличны подобные инициативы и которые независимо и справедливо выражают свои позиции. Так обстояло дело и в мусульманском обществе после кончины Пророка — да благословит его Аллах и род его! Многие из сподвижников Пророка не поддержали присягу, которая имела место под навесом. Они также выразили свое недовольство по поводу совета /аш-шура/. Несмотря на то, что царившая тогда атмосфера притесняла их и глушила их голоса, однако они остались верными имамату Али бин Абу Талиба — мир ему! Среди этих людей были и такие выдающиеся личности как Салман ал Фариси ал-Мухам-мади, Абу Зарр ал-Гифари, Абу Аййуб ал-Ансари, Хузай-ма бин ас-Сабит, ал-Микдад бин ал-Асвад ал-Кинди, Аммар бин Йасир — союзник бану махзума, Убайй бин Ка’б ал-Ансари, Халид бин Са’ид, Билал ал-Хабаши, Кайс бин Са’д, бин Ибада ал-Хазраджи, Бурайда ал-Аслами, Абу-л-Хайсам ат-Тайахан, Аббан и многие другие. Некоторые историки называют имена 250 таких сподвижников Посланника Аллаха — да благословит его Аллах и род его![17], Ал-Йа’куби упоминает среди них Абу Зарра ал-Гифари, Салмана ал-Фариси, ал-Микдада бин ал-Асвада, Халида бин Са’ида, аз-Зубайра, ал-Аббаса, ал-Фадла бин ал-Аббаса, ал-Бара бин Азиба и Убаййа бин Ка’ба[18].

    Кайс бин Са’д бин Ибада разошелся со своим отцом относительно вопроса о халифате и поклялся, что никогда больше не будет разговаривать с ним. Это были люди, образовавшие в начальный период ислама группировку сторонников имамата Али — мир ему! — на основе явных указаний Корана и Сунны. Все они, кроме аз-Зубайра бин ал-Аввама, оставались стойкими защитниками этого своего убеждения. В период правления трех халифов число этих выдающихся благодетельных людей увеличилось и их имена, сопоставляемые с качествами чистоты, благодетели и благочестия, вошли в книги по истории и автобиографические сочинения. Среди них наиболее часто упоминаются имена Мухаммада бин Аби Бакра,

    54


    Ca’ca’и бин Саухан ал-Ибади, Зайда бин Саухан ал-Абди, Хишама бин Утбы, Абдаллаха бин Бадил ал-Хузаи, Май-сама ат-Таммара, Адй бин Хатима ат-Та’и, Хаджра бин Адй ал-Кинди, ал-Асбага бин Набати, ал-Хариса бин ал-А’вара ал-Хамадани Амра бин ал-Химака ал-Хузаи, Малика ал-Аштара ан-Наха’и, Абдаллаха бин Хишама ал-Миркала, Кумейла бин Зийада, Рашида ал-Хиджри, Ависа ал-Карани ал-Йамани и многих других.

     

    55


    [1] В то время Усаме было 17 или 19 лет.

    [2] Сират Ибн Хишам, IV/337; Тарих ал-Йа’куби, 11/92; ал-Ка-мил, 11/261.

    [3] Об этом см: ат-Табакат ли-Ибн Са’д; Тарих ат-Табари; ас-Сира ал-Халабииа; ал-Мараджа’ат ли-л-имам Шюрюф ад-дин, справка 90, с. 2 84, изд.Дар ас-Садик.     

    [4] Табакат Ибн Са’д, 11/242; Муснад Ахмад бин Ханбал, 1/346; Сахих Муслим, V/76; Тарих ат-Табари, III/193.

    [5] Табакат Ибн Са’д 11/242; Муснад ал-имам Ахмад бин Хан-бал, III/346; Сахих ал-Бухари, 1/22; Сахих Муслим, V/76.

    [6] Сахих ал-Бухари, 1/22; Сахих Муслим, 5/76; ат-Табари, III/193; Тарих Ибн Касир, V/228; Тарих аз-Захаби. 1/311; Тарих ал-Хамис, 1/182; ал-Бад’ ва-т-тарих, V/95; Тайсир ал-вусул, IV/194;

    [7] Шарх Ибн ал-Хадид, III/97.

    [8] Сахих ал-Бухари, IY/5; Сахих Муслим, III/1259, Китаб ал-васийа; Муснад ал-имам Ахмад бин Ханбал, хадис 2992.

    [9] См: Коран, 5: 67.

    [10] Ат-Табари, III/429, Изд. Дар ал-ма’ариф.

    [11] См. Сират Ибн Хишам, IY/273; Муснад ал-имам Ахмад бин Ханбал, III/304 и 380; Сахих Муслим, IY/37-38 и 46; Тарих ат-Табари, 11/401.

    [12] Ал-Гадир, YI/22.

    [13] Муснад ал-имам Ахмад бин Ханбал, III/408; Сахих Муслим, IY/183; ал-Бидайа ва-н-нихайа, III/23; ас-Сира ал-халабийа, 11/105.

    [14] Ал-фусул ал-мухимма, с. 6 4.

    [15] Сахих Муслим, IY/183-184.

    [16] Журнал Рисалат ал-ислам, N11. Каир.

    [17] См.: Ал-Фусул ал-мухимма ли-л-имам ас-саййид Шараф ад-дин, с. 177-192.

    [18] Ал-Йа’куби, 11/103.

    AL-SHIA.ORG