Знакомство с «Джамиʻ ас-саʻадат»


«Джамиʻ ас-саʻадат» — написанная на арабском языке книга о нравственности и морали автора Муллы Мухаммада Махди Нараки, одного из выдающихся мудрецов и факихов конца двенадцатого ― начала тринадцатого столетий. Нараки ― признанный знаток в таких областях исламской науки, как фикх, основы фикха, ʻилм ар-риджал[1], этика и теософия. Он также хорошо разбирался в точных науках. Его труды обнимают все области современной ему науки[2]

Хотя в эпоху расцвета Ислама и были написаны книги на тему этики, всё же она к тому времени ещё не сформировалась как полноценная научная дисциплина в современном понимании слова и не находила своего места среди других дисциплин. Думается, богословы не считали себя обязанным составлять на эту тему отдельные труды, поскольку были уверенны, что мусульмане, следуя учению Корана, сами найдут истину. Здесь мнения мусульманских богословов и античных мыслителей кардинально отличались друг от друга. Отсюда, все произведения об этике в Исламском мире основаны на аятах и преданиях, и, вероятнее всего, богословы считали невозможным создание разумной морали, основанной исключительно на практическом разуме, без опоры на веру и убеждения. Яркий тому пример ― Мухаммад ʻАбд Аллах Дарраз, считающий, что «мораль без веры лишена значения»[3].

«Джамиʻ ас-саʻадат», по утверждению самого автора[4], включает в себя и некоторую долю древней практической житейской мудрости (т.е. морали), и не касается прочих сфер (т.е. домоводства и гражданской политики), так как целью произведения является исследование вопроса о моральном воспитании и совершенствовании души.

«Джамиʻ ас-саʻадат» состоит из трёх разделов: первый раздел включает в себя: Введение, где изучаются общие и основополагающие вопросы этики, ― такие, как абстрактность и вечность души, влияние человеческой натуры на мораль, роль воспитания, значение и статус этики как дисциплины (исходя из степени значимости изучаемого ею вопроса), анализ человеческой сути и то, что истинное счастье ― это уподобление первоначалу. Второй раздел рассматривает категории морали, где изучаются достоинства и низости, в том числе четыре основных достоинства (мудрость, справедливость, доблесть и целомудрие), суть справедливости, и тот тезис, что справедливость есть теоретический разум, распознающий достоинства и низости, также изучается принцип золотой середины (умеренности) и его периферии (чрезмерность и недостаточности) в этике. Третий раздел, состоящий из предисловия и четырёх бесед, посвящён вопросам высокой морали. В предисловии изучаются пути соблюдения равновесия между достоинствами, общее и частное лечение болезней духа. А в беседах разговор ведётся о силе разума, силе гнева и силе страсти и достоинствах и низостях этих трёх сил.

Автор «Джамиʻ ас-саʻадат» убеждён, что целью установления законов и пришествия посланников является вывод людей из животного и сатанинского состояния, дабы они обрели рай. Добиться этой цели невозможно, кроме как освободившись от низостей и украсившись в достоинства. Такое очищение обусловлено познанием разрушительных и спасительных качеств и черт характера, а также знакомством с их причинами и обстоятельствами лечения пагубных моральных качеств. Это и есть истинная мудрость, знание которой обязательно. Она является основой настоящей жизни и вечного блаженства[5]. С точки зрения автора[6], древние мыслители в меру своих познаний и убеждений старались собрать, упорядочить, распространить и пояснить основы этой научной дисциплины. Но только с приходом Ислама вопросы о морали нашли своё детальное и подробное разъяснение и всё, что по этому поводу было предложено доисламскими мыслителями и многочисленными религиями стало казаться ничтожным. Но вот только эти учения о морали были разбросаны в виде преданий и повествований, и люди не имели возможности обращения к ним. Возникла необходимость их сбора и составления в отдельные труды. Поэтому в «Джамиʻ ас-саʻадат» приводится краткое содержание каждого вопроса по шариату, и к нему прибавляется нечто избранное из изысканий мудрецов по этому вопросу. Например, при теоретическом толковании достоинств автор заимствует теорию Аристотеля об умеренности и срединности, и в этом вопросе точка зрения автора полностью совпадает с мнением Аристотеля[7] ― в том плане, что, по мнению Нараки, достоинство является серединой, и нарушение её границ, как в сторону излишества, так и в сторону недостаточности, заканчивается низостью. Таким образом, достоинства ― это центр, а низости ― периферия. Середина является неизменной точкой, к которой ничего нельзя прибавить. Периферия же в количественном отношении бесконечна, поэтому достоинства подобны центру круга, а низости подобны предполагаемым точкам от центра к окружности[8]. Автор даёт подробное изложение различных моральных достоинств и низостей[9], после чего приступает к тщательному сопоставлению каждого из этих видов с теорией срединности и периферийности[10]. Автор уверен, что этики лишь поверхностно указали на некоторые проблемы этой научной дисциплины, и никто из них не проводил столь глубоких исследований на тему достоинств и низостей, их факторов и взаимопроникновений, как он[11].

Мулла Мухаммад Махди Нараки при написании «Джамиʻ ас-саʻадат» пользовался некоторыми работами предшественников. Например, в первом и втором разделах, которые преимущественно посвящены основам этики и общим вопросам, приводятся цитаты из произведений таких мыслителей как Пифагор[12], Платон[13], Аристотель[14], Абу ʻАли Мискавейх[15] и др. Кажется, что Нараки при решении теоретических вопросов этики больше всего обращался к книге Абу ʻАли Мискавейха «Тахзиб ал-ахлак» и книге Хаджи Насир ад-Дин Туси «Ахлаки Насири». Мискавейха он считает большим знатоком в области этики и одним из первых мусульманских учёных, писавших на эту тему[16]. Но в третьем разделе «Джамиʻ ас-саʻадат», который включает детальное изучение нравственных вопросов, автор при изложении и доказывании своей точки зрения преимущественно опирается на айаты и предания.

По поводу обращения к преданиям в этой книге можно отметить, что автор доверяется хадисам Пророка (с) и, не обращая внимания на их достоверность, приступает к их пересказу, даже не упоминая об их источниках. Также приводит хадисы из таких источников, как «Джамиʻ ал-ахбар» и «Мисбах аш-шариʻа», в то время как некоторые хадисы в этих книгах выдуманные[17]. Эту беспечность можно объяснить тем, что старания автора были направлены на то, чтобы нравственные учения довести до адресата наилучшим и наиболее эффективным образом[18].

Язык «Джамиʻ ас-саʻадат» свидетельствует о слабом развитии арабского языка на тот период. Так, автор местами использует такие слова и выражения, которых нет в арабском языке. Как, например, слово халакат, то есть «смерть», правильной формой которого является халак[[19].

Одним из вопросов, рассматриваемых в «Джамиʻ ас-саʻадат» является единство деяния и воздаяния, который имеет особое значение[20]. Нараки с постановкой этого вопроса добивается с одной стороны воспитательного результата, с другой — объясняет суть наказания и вознаграждения. Важно отметить, что он доказывает предмет своего спора с помощью айатов и преданий, и только один единственный раз приводит высказывание Пифагора в качестве доказательства[21].

Книга «Джамиʻ ас-саʻадат», как и другие произведения об этике, не обрела широкую известность в период бурного расцвета Ислама, впрочем, как и любая другая книга на эту тему. Причиной тому, скорее всего, явилась продолжительность периода становления этики как научной дисциплины. Вместо назиданий и написания книг этики преподавали другим пример нравственности своим поведением, сочинение произведений они не считали действенными методом в моральном воспитании, потому что обучением и чтением книг невозможно достичь нравственности. Её можно достичь лишь путём продолжительных усердий и беспрерывного воспитания, особенно в младенческие годы, и до того, как человек научится читать и писать. Если бы для привития достоинства и его развития было достаточно чтение книг, то, во-первых, книги о морали должны были иметь огромную ценность, а во-вторых, для всего человечества хватило бы одного собрания сочинений о морали[22].

«Джамиʻ ас-саʻадат» значима, прежде всего, тем, что её автор ― обладатель образцового характера и высокой морали. Секрет успеха «Джамиʻ ас-саʻадат» заключается в духе веры, пронизывающей человека при его чтении, в то время, как с научной точки зрения она ни чем не отличается от большинства книг того периода[23].

В произведениях об этике до «Джамиʻ ас-саʻадат» либо учитывались исключительно рациональные, теоретические и философские аспекты вопроса («Ас-саʻада ва ал-исʻад», «Тахзиб ал-ахлак» и «Ахлаки Насири»), либо доминировали религиозные и практические («Ихйа ʻулум ад-дин», «Кимийаи саʻадат» и «ал-Махаджа ал-байда’»). «Джамиʻ ас-саʻадат» же охватывает обе стороны вопроса с присущей ей особым стилем[24].

Книга «Джамиʻ ас-саʻадат» начинается с постановки двух фундаментальных вопросов: абстрактность души[25], который считается приоритетным в большинстве произведениях по исламской этике (см. «Тахзиб-уль-ахлак» Абу ʻАли Мискавейха, «Ахлаки Насири» Хаджи Насир ад-дина Туси, «Ан-нафсу ва ва-рух» Имама Фахра Рази) и Благо и Счастье[26], потому что предельная цель совершенствования души ― это достижение Блага и Счастья. Нараки[27] вопрос начинает точь-в-точь как в «Ахлаки Насири»[28], где Хаджа Насир ад-дин, опираясь на мнение прежних мудрецов, Благо делит на две части и каждой даёт определение. Он также даёт определение Счастью, где, по его мнению, счастье каждого человека индивидуально и не может быть общим с счастьем другого. Однако добро истолковывает как сходное во всех людях. Нараки в отличие от некоторых учёных не считает добро и счастье синонимами. По его определению счастье ― это достижение того уровня совершенства, который заложен в природе каждого человека, и по этой причине счастье каждого человека не тождественно счастью другого[29].

«Джамиʻ ас-саʻадат» был издан в 1312 г. в Тегеране под редакцией Шейха Махмуда Баруджерди. Также был издан под редакцией Саида Мухаммада Калантара в трёх томах в Наджафе с предисловием Шейха Мухаммада Ризы Музаффара. Саид Джалал ад-дин Муджтабави осуществил перевод этой книги на персидский язык, который издан в трёх томах в 1377 г. по солнечному летоисчислению. Некоторые её части изданы также в виде избранных сочинений.

Книгу Муллы Ахмада Нараки (Нараки II), потомка Мулла Мухаммада Махди Нараки под названием «Миʻрадж ас-саʻадат» в какой-то степени можно считать сокращённым вариантом «Джамиʻ ас-саʻадат» на персидском языке, в котором нравственные вопросы излагаются доступным языком ― с тем, чтобы люди могли извлечь духовную выгоду[30]. Но на самом деле «Миʻрадж ас-саʻадат» не является только переводом и сокращённым вариантом «Джамиʻ ас-саʻадат», в изложении основной мысли она отличается от неё, и во многих случаях вопросы, рассматриваемые поверхностно в «Джамиʻ ас-саʻадат», подвергаются детальному изучению в «Миʻрадж ас-саʻадат», конечно, в рамках рассматриваемой темы[31]. Главным отличием этих двух произведений является то, что «Джамиʻ ас-саʻадат» имеет научную направленность, и в ней можно встретить аргументированные доводы[32]. В отличие от неё «Миʻрадж ас-саʻадат» является научно-популярным произведением[33]. Поскольку аудиторией «Миʻрадж ас-саʻадат» являются народные массы, то в ней мысль излагается через рассказы и предания, которые чередуются со стихами и афоризмами. В ней читатель не имеет дело со сложной научной терминологией[34]. Поэтому айаты и предания в «Миʻрадж ас-саʻадат» встречаются чаще, чем в «Джамиʻ ас-саʻадат».

Стоит отметить, что систематизация, деление на главы и разделы, определение заголовок и т.д. в этих двух книгах в какой-то мере разнятся. Например, первый раздел «Джамиʻ ас-саʻадат»[35] имеет 16 глав, но первый раздел «Миʻрадж ас-саʻадат»[36]― 10 глав, три из которых имеют одинаковые заголовки и две из которых ― одинаковое содержание; поэтому некоторые главы «Джамиʻ ас-саʻадат» не встречаются в «Миʻрадж ас-саʻадат» и точно также наоборот[37]

Ссылки

islamfond.ru

  • 1. ʻИлм ар-риджал ― дисциплина исследующая степени надёжности и правдивости передатчиков хадисов.
  • 2. См. Нараки. Джамиʻ ас-саʻадат; Предисл. Аштийани. Б.м., 1357 г. по хиджре (согласно солнечному исчислению). Илм ар-риджал ― дисциплина исследующая степени надёжности и правдивости передатчиков хадисов.
  • 3. Дарраз. Предисл. Бадави; также см. «Мораль».
  • 4. Нараки. Джамиʻ ас-саʻадат. Т.1. Б.м., 1387. Т. 1. С. 35.
  • 5. См. Там же. Т. 1. С. 33-34.
  • 6. Там же. Т. 1. С. 34.
  • 7. См.: Там же. Т. 1. С. 94.
  • 8. См.: Там же. Т.1. С. 94-108.
  • 9. См.: Там же. Т.1. С. 84-108.
  • 10. См. Там же. Т.1. Предисл. Музаффара. С. 22.
  • 11. См. Там же. Т. 1. С. 107.
  • 12. См. Т.1. С. 50.
  • 13. См. Там же. Т.1. С. 62.
  • 14. См. Там же. Т. 1. С. 58-69
  • 15. См. Там же. Т.1. С. 81.
  • 16. См.: Там же. Т.1. С. 80-81.
  • 17. См. Там же. Т.1. Предисл. Музаффара. С. 20.
  • 18. См. Там же. С. 21.
  • 19. См.: Там же. С. 22; также см. Бастани. С. 942.
  • 20. См.: Т.1. С. 47.
  • 21. См. Т.1. С. 47-53.
  • 22. См. Там же. Т.1. Предисл. Музаффара. С. 18.
  • 23. См.: То же предисловие. С.19.
  • 24. См. Нараки. Указ. соч. Т.1. Предисловие Муджтабави. Б. м., 1381. С. 21.
  • 25. См. Т.1. С. 37-40.
  • 26. См.: Там же. Т.1. С. 69.
  • 27. См. Там же.
  • 28. См. Там же. С. 49.
  • 29. См. Нараки. Указ. соч. Ч.1. Б.м., 1380. С. 205.
  • 30. См. Нараки II. Миʻрадж ас-саʻадат. С. 6.
  • 31. В качестве примера см. Нараки. Указ. соч. Т.1. Б.м., 1387. С. 37; Нараки II. С.7-8.
  • 32. См. Нараки. Указ. соч. Т.1. С. 37-39.
  • 33. См. Нараки II. Указ. соч. Беседы 6-26.
  • 34. См. там же. Беседа 8.
  • 35. См. Нараки. Указ. соч. Т.1. С. 37-82.
  • 36. См. Нараки II. Указ. соч. С.6-19.
  • 37. См. Нараки. Указ. соч. Раздел 1. Гл. 4-5, 7. Б.м., 1387.
Выберите раздел:
© 2011–2014 Шиизм.ру

more post like this